Жизнь с валторной.

 Музыка всегда была чрезвычайно важной в моей жизни.


Жизнь с валторной.Когда мне исполнилось 13 лет и  я начала заниматься в средней школе, я вступила в оркестр, и нам всем дали возможность выбрать инструменты, на которых  мы будем играть. Однако, в тот день, когда их выдавали, меня не было в школе, так что моя подруга выбрала валторны, для нас обеих. Очень быстро я научилась играть 3 октавы с хорошим, сильным, густым, округлым звуком, даже в самом низком регистре, а это совсем не просто, и вскоре валторна стала моим страстным увлечением на всю жизнь.


Когда я вошла в подростковый возраст, мои  просыпающиеся гормоны, желания, любовь, страсть, идеализм и очень активная жизненная фантазия, все собралось вместе, находя свое выражение через мундштук в 12 футах вибрирующей, изогнутой медной трубы. У меня были все записи (помните, это было в 50-х годах) с  соло валторны или в ансамбле, будь-то джаз, классика, блюз или поп, и  продавец местного музыкального магазина всегда откладывал для меня все с валторной, на обложке или в музыке. Красоту звука, особенно, если вся группа валторн играет вместе в гармонии, невозможно передать словами.

Оглядываясь назад, я думаю, что был  еще один опыт трансцендентности,  он был  более ранним, и  также неопознанным.  В возрасте 7  лет  я ездила сама по себе, прыгая с трамвая на трамвай, и приехала в жилой район, где за поворотом я нашла самый изысканный сад; весь остаток дня я  оставалась там,  очарованная этим сказочным местом. Сейчас я изумляюсь, что могло привлечь семилетнего ребенка провести в саду несколько часов, а при воспоминании, мне кажется,  что тогда у  меня случилось первый опыт Бога. Красота,  покой, принадлежность, блаженство.

Денис Брейн, который считается, вероятно, самым известным виртуозом валторны, был пионером, познакомившим мир с этим инструментом, записав  концерты для валторны Моцарта и Штрауса, а также навязчиво прекрасную запись Серенады Бенджамина Бриттена для тенора, валторны и струнных, с божественным тенором Питера Пирса. Он стал объектом моей самой большой и самой стойкой фантазии, соединив непостижимую и недоступную красоту, исходящую из глубины артистической души, вместе с моей растущей сексуальностью,  без какого-либо разумного основания.

В один прекрасный день в возрасте 15 лет я приняла решение, что поеду в Англию, где жил Денис Брейн, стану его ученицей и любовницей, и мы вместе  будем играть легендарнейшую музыку, и все, что я делала, было направлено к этой цели. Я много практиковалась, играла вместе с записями, собирала деньги и планировала свою поездку. Однажды, когда я рассказывала своему другу об этом, кто-то подошел и сказал: "Разве ты не знаешь? Денис Брейн умер. Его спортивный автомобиль занесло на мокрых листьях. Автомобиль врезался в дерево. Он был убит на месте ".

В долю секунды  все мое будущее исчезло. Все, что было.

Годы спустя, когда я жила в Лондоне немногим более 2-х лет, мне пришлось однажды столкнуться с сестрой Дениса Брейна. Кто бы мог предвидеть это? Разве жизнь не удивительна? Существование знало, что эта сага еще не была закончена. Я рассказала ей свою историю, теперь уже посмеиваясь, и она забросила  самый большой бейсбольный мяч! Она сообщила мне, явно получая удовольствие от этого,  что мой план был обречен с самого начала. Она сказала мне, что ее брат Денис Брейн, был геем.

Тем не менее, сейчас  у меня есть  благочестивая страсть и приверженность, которые  я развила к музыке, к духовым инструментам в целом и, особенно, к моей любимой валторне. Я предавалась мечтам, которые питались глубоким желанием и страстью не от мира сего. Казалось, так далеко, что нельзя дотронуться, но чувство было огромным, и я полностью отдалась ему. Я чувствовала, что эта любовь выше всякой любви, которую я могла бы иметь к другому человеку. Я помню, как  писала в своем подростковом дневнике, что такая любовь была  бы настолько обычной, такой буржуазной. Но любовь к музыке, с другой стороны, это сам Бог.

Таким образом, примерно 40 лет спустя, я снова вытащила свою валторну из футляра. Не только совершенно другое время, но я стала другой. С тех пор я путешествовала по всему миру, жила в Лондоне, Англия, во время утонченных 60-х до середины 70-х годов, вышла замуж и развелась, жила в Сан-Франциско, где играла на пианино в ансамбле, потом меня позвал Ошо и я поехала в Индию и оставалась в ашраме в течение невероятных и изменяющих жизнь  трех лет. Возвратясь в Торонто, Канада, я открыла медитационный центр, а затем переехала на Гавайи через Орегон в начале 1986 года. И вот я здесь.

Эту валторну дал мне профессиональный валторнист в Торонто, старый друг по имени Майлз Херн. У Майлза, как у всех хороших валторнистов, была коллекция инструментов. Валторны в строе Фа, Си-бемоль, сделанные в Германии, Америке и Чехословакии. Двойная валторна, которую он подарил мне, был прототипом для  Холтона, известного американского производителя музыкальных инструментов. Колокол (раструб инструмента, откуда выходит звук и в который музыкант осторожно кладет правую руку) был полностью разрушен в результате автомобильной аварии. Майлз сказал: "Вот, возьми валторну. Если сможешь ее починить, у тебя будет прекрасный инструмент ".

Так что я привезла ее домой на Гавайи. В те дни, в 80-х годах, в Гонолулу работал действительно великолепный мастер по духовым инструментам, и я принесла ему свой разбитый колокол валторны. Он не дал никаких обещаний, но сказал, что посмотрит, что можно сделать, и я оставила инструмент на несколько недель, улетев обратно на Большой Остров. Когда я вернулась, чтобы забрать его, там была моя прекрасная серебряная валторна с целым, хотя и в крепежных скобках, колоколом. Он выполнил невероятную работу по его восстановлению. И я играю на этом инструменте до сих пор, 25 с лишним лет.

Жизнь с валторной.Это все, как было. Давайте быстро  двинемся вперед в 2011 год. Я являюсь членом КОК (COOK), Камерного оркестра Коны, и группы Западного округа Гавайев. КОК состоит исключительно из волонтеров Большого Острова. Мы являемся единственным оркестром в Штате, который еженедельно репетирует и  который состоит только из  местных музыкантов. Любая другая группа собирается  на репетиции перед концертом и приглашает музыкантов из Гонолулу, Мауи и континентальной части США. Так что мы очень гордимся нашим КОК! Мы все добровольцы и группа открыта для музыкантов всех уровней: студентов, пенсионеров, профессиональных музыкантов, занятых полный рабочий день и тех, кто любит играть время от времени в качестве хобби, но общим знаменателем  для всех является большая любовь к созданию музыки и совместной игре в оркестре.

Нет ничего лучше игры в оркестре! Иногда, когда я отсчитываю такты и смотрю вокруг, меня захлестывают чувства, и я чувствую себя в этот момент самым счастливым человеком в мире,  сидя здесь, слушая красивую музыку, которая исполняется, в окружении своих друзей валторнистов и всех этих замечательных людей. Вот я сижу, неотъемлемая часть этого музыкального окружения, и я ошеломлена в хорошем смысле изливающейся любовью.

Недавно у нас состоялся концерт, о котором я хотела рассказать вам из-за необычного места, где он проходил. Это было в курортном поселке Кона, единственном в своем роде Гавайским курортом, где вместо номеров стоят отдельные небольшие  шале, или покрытые соломой секции, свободные от телефонов, радио и телевидения, и многие знаменитости приезжают сюда из -за этой тишины, а также  мер строгой безопасности. На территории имеются маленькие лагуны или пруды, и площадка, на которой мы играли, состоит из двух сцен,  между которыми течет вода. Мы были на одной сцене и танцоры, на другой. Иногда мы выступаем вместе  с этим танцевальным ансамблем.  Той ночью было полнолуние. Я вспоминаю, как глядя на небо через высокие пальмы, видела прекрасную, огромную, желтую, яркую, четкую, полную луну. Если посмотреть вниз, свет отражался в воде внизу и  падал опять на танцоров напротив нас. Это была самые романтичные декорации, которые только можно  представить в воображении со звуком и светом и тайной, вибрирующими повсюду, и я находилась в середине этого, волшебная окружающая обстановка для созерцания.

"… Когда вы слушаете музыку, то, что действительно трогает ваше сердце — не звук, а промежуток между двумя звуками. Все искусство музыки состоит в том, чтобы донести этот промежуток до вашего сердца. Но если человек может попасть в этот промежуток только благодаря своему присутствию, вы падаете в глубокую тишину, вы узнаете, что такое настоящая музыка. Тогда вы будете знать, что то, о чем вы привыкли думать, как  о музыке, было лишь предварительной подготовкой. И то же самое можно сказать и о танце, то же самое можно сказать и о каждом  виде творчества. То, что создается, не является реальностью, это просто инструмент, чтобы вы могли осознать нечто неосязаемое, скрытое, запредельное.

Но любить музыку хорошо, любить танец хорошо, играть музыку хорошо, танцевать хорошо — но помните, что это не конец. Вы должны идти дальше — дальше от музыки, от танца — понять настоящую красоту любого созидательного искусства. Каждое творчество приводит вас к вашему внутреннему существу, где есть только спокойствие, полная тишина, абсолютная тишина.

Тогда вы можете сказать:
"Я слышал то, что не может быть услышано. И я видел то, что не может быть увидено ".
 
Ошо, За пределами психологии, гл 20, Q 2

Перевод: Нурани.

Источник: http://www.oshonews.com

  • Жизнь с валторной. 
  • comments powered by HyperComments